Классика авторской песни на современом этапе: песенно-поэтическое творчество Александра Городницкого 1990-х гг

Другая культура » Классика авторской песни на современом этапе: песенно-поэтическое творчество Александра Городницкого 1990-х гг

Страница 2

Поэтические образы русской истории зачастую помещены у Городницкого в сферу личных воспоминаний, творческого воображения лирического "я".

В стихотворении "Мне будет сниться странный сон…" (1992) в "странном сне" герой, выходя за пределы индивидуального "я", обостренно ощущает кульминационные повороты мирового и национального исторического пути – от "князя Игоря плененья" до символичной "петербургской пурги", сопровождавшей гибель "курчавого правнука… Арапа Великого Петра".

В поздних стихах и песнях Городницкого образ России, ее истории нередко передан через широкие символические образы, обладающие богатым ассоциативным потенциалом. Так, стихотворение "Гемофилия" (1991) заключает в себе горестную "археологию" "потаенных рвов" прошлого – от гибели "злополучного царевича из угличских смутных времен" до кровавой трагедии "в уральском лесу". Образ "проступающей крови" как воплощение метафизики русской Смуты в прошлом и настоящем возникает и в публицистически заостренных мотивах стихотворения "Безвластие" (1990). А в стихотворении "Кремлевская стена" (1994) исполненная трагизма символика кремлевского пейзажа, впитавшего память о давних исторических катастрофах ("дождя натянутые лески" – "бунт стрелецкий… соляной"; "дышит ночь предсмертным криком Стеньки"), пульсирующий в чередовании длинных и коротких строк ритм передают остроту чувствования лирическим "я" длящегося в стране безвременья:

Здесь всегда безрадостна погода,

Смутны времена.

Где река блестит с зубцами вровень

Синью ножевой.

Проявившиеся в прошлом и современности противоречивые грани национального сознания нашли художественное отражение и в песнях-ролях Городницкого ("Смутное время", "Молитва Аввакума" и др.) – жанре, весьма значимом в общем контексте бардовской поэзии.

В песенной поэзии Городницкого 1990-х гг. объемная историческая перспектива выводит и на художественное осмысление реалий современной жизни.

Обнажающие болезненные стороны постсоветского времени произведения барда отличаются точностью бытового изображения, остротой социальной проблематики ("Старики", 1990, "Песня о подземных музыкантах", 1995). Так, психологически детализированная бытовая сцена гитарного пения в подземном переходе ("Песня о подземных музыкантах"), воплощая неуют эпохи, обретает в глазах поэта личностный, автобиографический смысл и становится емким отражением гибельных тупиков национального бытия. Пронзительный лиризм песни обусловлен прозрением лирическим "я" неизбывного родства своего пути с уделом "обнищалой отчизны":

Покинув уют, по поверхности каменной голой,

Толпою влеком, я плыву меж подземных морей,

Где скрипки поют и вещает простуженный голос

О детстве моем и о жизни пропащей моей.

Аккорд как постскриптум, – и я, улыбаясь неловко,

Делящий позор с обнищалой отчизной моей,

В футляр из-под скрипки стыдливо роняю рублевку,

Где, что ни сезон, прибавляется больше нулей.

С участной позиции вдумчивого свидетеля истории и летописца современной действительности поэт-певец в многочисленных, зачастую имеющих скорбно-ироническое, сатирическое звучание сюжетных зарисовках запечатлевает драматичные события эпохи – в стихотворениях "Баррикада на Пресне" (1991), "Четвертое октября" (1993), "Не разбирай баррикады…" (1992) и др. Распространены здесь мужественные гражданские инвективы, которые сочетаются с надрывными нотами как поэтического голоса, так и солдатских песен – в произведениях, связанных с афганской и чеченской тематикой ("Не удержать клешнею пятипалой…", 1995, "Над простреленною каской…", 1995, "Денис Давыдов", 1998 и др.).

Знаковые события современности – такие, например, как перезахоронение останков царской семьи ("Перезахоронение", 1998), творчески постигаются Городницким в зеркале опыта целого столетия, болезненных явлений настоящего. От частного описания панихиды в соборе Петропавловской крепости ассоциативные нити тянутся к горьким воспоминаниям о "безымянных душах" погибших в Чечне, о прокатившихся по стране осквернениях еврейских могил. Потребность подвести нелегкий итог уходящему столетию определяет эпическую многомерность исторических параллелей, а также сложный характер авторской эмоциональности, основанной на взаимопроникновении скептицизма и затаенной душевной боли:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Похожие статьи:

Эдвин Портер и его вклад в освоение выразительных возможностей кино
Э. Портер (1896-1941) начал свою деятельность в кино без всякой подготовки. Окончив службу в армии и не имея никакой гражданской специальности, перепробовал немало профессий, прежде чем устроился на работу в мастерские Эдисона в Вест-Оран ...

Декоративное решение станций 4-ой очереди московского метрополитена
Бурными темпами развивалось после войны монументально-декоративное творчество. Особенного размаха достигло декоративное украшение четвертой очереди московского метро. Следует отметить, что в новых станциях метро четвертой очереди (1950- ...

Религиозные картины
Боттичелли работал во всех текущих жанрах флорентийского искусства. Он делал фрески, росписи алтарей, тонди (круглые картины), маленькие групповые картины и маленькие религиозные триптихи. Лучшим творением Боттичелли считают начатую им в ...