Классика авторской песни на современом этапе: песенно-поэтическое творчество Александра Городницкого 1990-х гг

Другая культура » Классика авторской песни на современом этапе: песенно-поэтическое творчество Александра Городницкого 1990-х гг

Страница 4

В творческой рефлексии героя о прожитом горечь воспоминаний соединяется в стихотворениях "Стою, куда глаза не зная деть…" (1979), "Полагаться нельзя на всесильным казавшийся разум…" (1995) с лирическим преображением деталей городского пейзажа, воскрешающего образ первой – мучительной и влекущей любви: "И улыбнешься горестно и просто, Чтобы опять смотреть с Тучкова моста На алый остывающий витраж". А в песне "Меж Москвой и Ленинградом" (1977) хронотоп обеих столиц "прошит" сквозным мотивом пути героя – в согласии с природными, вселенскими циклами:

Меж Москвой и Ленинградом

Теплый дождь сменился градом,

Лист родился и опал.

В "Ленинградской песне" Городницкого (1981), как и в "Ленинградской элегии" Б.Окуджавы (1964), город одушевлен населяющими его "любимыми тенями", узнаваемыми "на гранитах", "в плеске мостовых". В многомерном хронотопе парадный лик "российских провинций столицы", выведенный в образах Невского, Зимнего дворца, легко уступает место прозаической стороне городской жизни, протекающей "в рюмочной на Моховой Среди алкашей утомленных". Позднее в "петербургских" стихах-песнях Александра Дольского изображение низших уровней городского быта, искалеченных судеб современных мармеладовых будет доведено до наивысшей остроты. В песне же Городницкого многоплановое видение города отразилось на уровне поэтического стиля, где возвышенная образность обрамлена интонациями задушевного разговора "за стопкой простой и граненой":

Мы выпьем за дым над Невой

Из стопок простых и граненых –

За шпилей твоих окоем,

За облик немеркнущий прошлый,

За то, что покуда живешь ты,

И мы как-нибудь проживем.

В поздних "петербургских" произведениях Городницкого бремя нелегкого личного и исторического опыта актуализирует генетически восходящую к давним мифам о "граде Петра" семантику непрочности городского пространства.

В стихотворениях "Когда я в разлуке про Питер родной вспоминаю…" (1991), "Постарел этот город у края гранитной плиты…" (1997) на первый план выступает скрытая "физиология", "анатомия" "тела" северной столицы. "Ностальгией последнею" позванный, лирический герой ощущает тяжесть исторической участи города в уходящем столетии, давящую "бездонными рвами Пискаревки": "Исходит на нет кровеносная эта система, Изъедено сердце стальными червями метро". Нелегкое бремя истории, груз личных драм обитателей города, трагедия "канувших" "в бездонные рвы" блокадного лихолетья оказывают воздействие и на последующую "телесную", "геологическую" жизнь Петербурга-Ленинграда:

Еще под крестом александровым благословенным,

Как швы, острова ненадежные держат мосты,

Еще помогают проток истлевающим венам

Гранитных каналов пульсирующие шунты.

("Когда я в разлуке про Питер…", 1991).

Образ "постаревшего" города с "сутулыми спинами мостов" становится, однако, магическим кристаллом, в котором "молодой Ленинград допотопным глядит Петербургом", а вглядывающийся в него герой приобщается к вечности, надвременной диалектике начал и концов земного пути :

Но когда ты внезапно поймешь, что тебя уже нет,

Напоследок вдохнув его дым, что и сладок, и горек,

Снова станет он юным, как тот знаменитый портрет,

Что придумал однажды британский блистательный гомик.

Если в песнях Б.Окуджавы экзистенциальный мотив возвращения к истокам в предчувствии истечения земных сроков сопряжен главным образом с арбатской Вселенной ("Вы начали прогулку с арбатского двора, к нему-то все, как видно, и вернется"), то в поэзии Городницкого завершение макроцикла календарного столетия и микроцикла человеческого пути ассоциируется с родным миром Царского Села (песня "Царское Село", 1974), с малой точкой петербургского пространства, равновеликой мировой беспредельности:

Между Невской протокой и мутною речкой Смоленкой,

Где с моим заодно и двадцатый кончается век.

И когда, уступая беде,

Я на дно погружусь, в неизвестность последнюю канув,

То увижу на миг не просторы пяти океанов, –

Надо мной проплывет на исходе финала

Неопрятный пейзаж городского канала,

Отраженный в холодной воде.

Петербург предстает в поэзии Городницкого и в протяженном культурно-историческом континууме.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Похожие статьи:

О колокололитейном искусстве
Летописи обычно упоминают о литье колоколов, переливке и починке, пропажах и пожарах, во время которых колокольная медь расплавлялась словно смола. Все это — свидетельство большого внимания к колоколам в Древней Руси. Сохранились и имена ...

Кич и паракич: Рождение искусства из прозы жизни
Предлагаемые заметки посвящены советскому кичу 50-70-х годов как источнику художественной рефлексии в изобразительном искусстве 70-80-х. В соответствии с авторской концепцией кича 1 кич понимается как особый тип культуры (субкультуры), с ...

Николай Константинович Рерих
Николай Константинович Рерих родился в России, в Санкт-Петербурге, 9 октября 1874 г., и был старшим ребенком в семье юриста-нотариуса Константина Рериха и его жены Марии. Он вырос в благополучной обстановке русской семьи, принадлежавшей к ...