Иконное, иконописное и иконичное в творчестве Николая Клюева

Другая культура » Иконное, иконописное и иконичное в творчестве Николая Клюева

Страница 9

Низвергайте царства и престолы .

Не голите лишь у Иверской подолы .

Но низвержение царства и низвержение иконы в реальной действительности оказались тесно связанными. Повержена великая богатырская страна, а вместе с нею иконы:

И ширяют тени вороны

Над сраженным богатырем,

Но повиты мои иконы

Повиликой и коноплем.

Иконы изгоняются отовсюду — из храмов, с улиц и дорог, наконец, из быта. Из избы, словно, вынимают ее душу, она пустеет "без сусальной в углу Пирогощей", которой по возвращении из плена ездил поклониться еще Новгород-Северский князь в "Слове о полку Игореве". Вот уже и Феофан Грек собирается покинуть Русь, снедаемую демонами "чумы, проказы и холеры", но уходит он не один.

Рыдает Новгород, где тучкою златимой

Грек Феофан свивает пасмы фресок

С церковных крыл — поэту мерзок

Суд палача и черни многоротой .

Страшная картина: великий иконописец сматывает со стен свои фрески как пряжу в один моток (пасма — моток пряжи), дабы не подверглись они осквернению. Остаются голые белые стены, такие непривычные для православного глаза.

Нарушается антиномичное равновесие иконичной России. Большевистская Россия представляется поэту "совладелицей ада", происходит в прямом и переносном смысле "деиконизация" Руси.

В связи с этим в поэзии Клюева появляется важный, навеянный житийной литературой мотив. В древнерусской книжности можно встретить повествования о том, как святые за тяжкие грехи горожан оставляли церковные иконы, устремляясь в горний мир, отдавая грешников на время в добычу врагам. И вот в поэзии Клюева оживают древние сказания: "Всепетая Матерь сбежала с иконы". Со своих икон уходят основатели Соловецкой обители, покровители Поморья и Заонежья прпп. Зосима и Савватий. Нелегко приходится в сражении с апокалиптическим зверем св. Феодору Стратилату:

На иконе в борьбе со зверем

Стратилат оборвал подпругу.

Но особенно символично и трагически звучит у поэта этот мотив в поэме "Погорельщина", когда покидает свою икону, а с ней избу и Россию, св. Георгий Победоносец:

И с иконы ускакал Егорий, —

На божнице змий да сине море!

Эта последняя деталь — "змий", который в других стихах Клюева выступает символом механической бездушной цивилизации, идущей из Европы и "сине море" как символ нового всемирного потопа — придают этим строкам характер апокалиптического видения. "Свято место пусто не бывает" — говорит русская поговорка. И страшно не только то, что Георгий покинул свою икону, покинул Русь, не менее ужасно и опасно, что по поговорке совершится подмена и тогда:

Прискачет черный арап

На белом коне Егорья.

Крестьяне прибегают к заступничеству иконы другого святого — Николая Чудотворца:

Вороти Егорья на икону —

Избяного рая оборону .

Но и последняя надежда — свт. Николай Угодник — не отзывается на призыв, и заключительным аккордом богооставленности "избяного рая", иконописной "пригвожденной Руси" (10,с.226) звучат стихи:

Гляньте детушки на стол —

Змий хвостом ушицу смел! .

Адский пламень по углам:

Не пришел Микола к нам!

Иконы, оставленные святыми, становятся добычей новых иконоборцев:

И на углу перед моленной,

Сияя славою нетленной,

Икон горящая скирда .

Но горят, как явствует из клюевского произведения, лишь доски, а не иконы в собственном смысле. Нетленная святость икон, их нетварный свет и слава сияют поверх костра, как нимб над головой святого, как символ неуничтожимости иконописной Руси, ибо она лишь внешнее проявление Руси иконичной:

Икон же души с поля сечи,

Как белый гречневый посев,

И видимы на долгий миг

Вздымались в горнюю Софию

Ранее, например, в главе о Гоголе, уже говорилось о том, что обветшалые иконы никогда не сжигали. Б.А.Успенский сообщает: если же икона все-таки уничтожалась пожаром, то в народе никогда не говорили, икона "сгорела", но — она "вознеслась" или она "взята на небо" (см.40,с.185). Так же и церковь не гибнет в огне, а возносится в небеса. У Клюева в этом четверостишии мы и находим это народное благочестивое отношение к священной природе иконы и храма Божия. И сама "душа России" у поэта вослед за "душами икон" как бы покидая свое тело, разрушая свою иконичность, поднимается в горний мир, как на заставке из древних книг,

Где Стратилатом на коне

Душа России, вся в огне,

Летит ко граду, чьи врата

Под знаком чаши и креста.

В конце поэмы, в качестве эпилога, Клюев рассказывает сказание о "городе белых цветов" Лидде. Это как бы отдельно стоящая малая поэма в поэме, переложение "Сказания о Лиддской, что на столпе, иконе Богоматери", повествующая о нашествии на город варваров. В первую очередь подверглись осквернению храм и чудотворная икона Пресвятой Богородицы Одигитрии. Клюев называет воинов Юлиана Отступника "сарацинами":

Страницы: 4 5 6 7 8 9 10 11

Похожие статьи:

1990е: третий сейю-бум
Первые два "бума" крутились вокруг таких СМИ как телевидение, в 90х же сейю (а вместе с ними и интерес к ним) переместились в более личные коммуникации (радио-постановки, OVA, телевикторины, Интернет). Также начали выпускаться & ...

Образ Богоматери с Младенцем в древнерусском лицевом шитье. Богоматерь «Одигитрия»
Константинопольская икона Божией Матери "Одигитрия" была главной богородичной иконой византийского мира. Н. П. Кондаков писал: "Икона Божией Матери Одигитрии представляет средоточие не только иконографии Божией Матери, но ...

Кузьма Сергеевич Петров-Водкин
Кузьма Сергеевич Петров-Водкин (1878–1939), русский художник, теоретик искусства и писатель. Родился в Хвалынске (Саратовская губерния) 24 октября (5 ноября) 1878 в семье сапожника; сумел получить художественное образование при поддержке ...