Несмотря на интеллигентские сетования, стремление к жизни в мире, обустроенном согласно простым и привычным схемам, вечно, и тем острее выражена эта потребность, чем безосновнее, непонятнее и случайнее окружающий мир. О. Хаксли сформулировал любопытный парадокс устами своего героя:
«Вся беда литературы в том , что в ней слишком много смысла. В реальной жизни никакого смысла нет . В книгах есть связность, в книгах есть стиль. Реальность не обладает ни тем, ни другим. По сути дела, жизнь — это цепочка дурацких событий . Характерная черта реальности — присущее ей несоответствие . лучшим образцам Мысли и Слова . Странная штука, но ближе всего к действительности оказываются как раз те книги, в которых, по общепринятому мнению, меньше всего правды» 1. Меньше «Слова и Мысли», а также «правды» — это как раз о киче, чья принципиальная особенность — клишированность слова и образа, формульность темы и сюжета. Поняв это, не впадешь в изумление от реплики какой-нибудь тамбовской домохозяйки, увлеченной перипетиями телесериала из жизни бразильской аристократии: «Это все о моей жизни». Это и вправду о ее жизни, о ее сознании, ибо просто и понятно, хотя и с незатейливыми завитушками: добро есть добро, а зло есть зло, и несчастная героиня будет счастлива, и порок наказан, — а что еще надо для чаемой жизни?
И еще о близости кича и жизни, на сей раз у Г. К. Честертона. Позволим себе пространную цитату, ибо эссе, откуда она взята, мало известно российскому читателю.
«Теперь принято смеяться над конфетным искусством, то есть над искусством плоским и приторным. И действительно нетрудно, хотя и противно, вообразить коробку конфет, на которой розово-голубая девица в золотых буклях стоит на балконе под луной с розой в руке. Она может вместо розы судорожно сжимать письмо, или сверкать обручальным кольцом, или томно махать платочком вслед гондоле назло чувствительному зрителю. Я очень жалею этого зрителя, но не соглашаюсь с ним.
Что мы имеем в виду, когда называем такую картинку идиотской, пошлой или тошнотворной? Мы чувствуем, что это — не картина, а копия; точнее — копия с тысячной копии .
Но розы не копируют роз, лунный свет не копирует лунного света, и даже девушка — копирует девушку только внешне. Представьте, что это происходит в жизни; ничего тошнотворного тут нет. Девушка — молодая особа женского пола, впервые явившаяся в мир, а чувства ее впервые явились к ней Когда речь идет о жизни, оригинальность и приоритет не так уж важны. Но если жизнь для вас — скучный, приевшийся узор, роза покажется вам бумажной, лунный свет — театральным. Вы обрадуетесь любому новшеству и восхититесь тем, кто нарисует розу черной, а лунный свет — зеленым . Вы правы. Однако в жизни роза остается розой, месяц — месяцем, а девушки не перестанут радоваться им или хранить верность кольцу. Переворот в искусстве — одно, в нравственности — другое. Смешивать их нелепо. Из того, что вам опостылели луна и розы на коробках, не следует, что луна больше не вызывает приливов, а розам не полезен чернозем
Короче говоря, то, что критики зовут романтизмом, вполне реально, более того — вполне рационально. Чем удачней человек пользуется разумом, тем ему яснее, что реальность не меняется от того, что ее иначе изобразили.
Повторяется же, приедается только изображение; чувства остаются чувствами, люди — людьми. Если в жизни, а не в книге, девушка ждет мужчину, чувства ее — весьма древние — только что явились в мир. Если она сорвала розу, у нее в руке — древнейший символ, но совсем свежий цветок. Мы видим всю непреходящую ценность девушки или розы, если голова у нас не забита модными изысканиями; если же забита — мы увидим, что они похожи на картинку с коробки, а не на полотно с последней выставки. Если мы думаем только о стихах, картинах и стилях, романтика для нас — надуманна и старомодна. Если мы думаем о людях, мы знаем, что они — романтичны. Розы прекрасны и таинственны, хотя всем нам надоели стихи о них. Тот, кто это понимает, живет в мире фактов. Тот, кто думает только о безвкусице аляповатых стишков или обоев, живет в мире мнимостей» 1.
Похожие статьи:
Ремесла
На протяжении долгих веков на Руси развивалось, совершенствовалось искусство резьбы по дереву, позднее - по камню. Деревянные резные украшения вообще стали характерной чертой жилищ горожан и крестьян, деревянных храмов.
Белокаменная резь ...
Шартрский собор
Первоначальное здание собора в Шартре было сооружено в XII в. Западный фасад собора был закончен в 1170 г. и счастливо избежал полного разрушения во время пожара 1194 г. (остальная часть здания была разрушена). В западном фасаде отчетливо ...
Фламандский Часослов
В Эрмитаже хранится часослов, происхождение которого неизвестно. Часослов значится как фламандский XV века. Рукопись исполнена на пергамене, имеет 191 лист. Размеры часослова 210Х155 мм2. Текст латинский, расположен по 16 строк на страниц ...
Разделы