Наследие древних тюрков в хазарии: миф или реальность

Другая культура » Наследие древних тюрков в хазарии: миф или реальность

Страница 3

Столь длительный экскурс в историческую этнографию потребовался нам для того, чтобы убедиться в “разборчивости” армянского историка, который, хотя и применял по отношению к кочевой орде общий этноним “турки”, тем не менее, противопоставил в ней хазароболгарские племена завоевавшим их тюркютам.

Для многих историков государственные традиции Хазарского каганата являются отражением тюркютского наследия. В отечественной и зарубежной историографии широко распространена версия, согласно которой хазарская государственность формировалась по древнетюркскому образцу. На первый взгляд, это подтверждают обряды интронизации и низложения (“жертвоприношения”) каганов, а также придворный этикет и обычное для тюркютов почитание священного числа “4”. Не вызывает сомнений, что каганы Хазарии, подобно своим тюркским предшественникам, считались проводниками божественной воли, посредниками между высшими сверхъестественными силами и повседневной реальностью. Именно каганам приписывалось обладание “кутом” – “жизненной силой”, “небесным счастьем”, которое и давало им право на связь с потусторонним миром. Таким образом, каган превращался в залог процветания и благополучия управляемого им народа со всеми вытекающими отсюда последствиями. Военные поражения и стихийные бедствия могли привести к потере каганом этого статуса и повлечь за собой его низложение либо убийство. Потеря “кута” была равнозначна десакрализации, низведению до уровня простого смертного, пусть и благородного происхождения.

Однако полярность на этот раз была несколько иная: лишившийся возможности осуществлять божественную волю каган отныне являлся источником непоправимого зла для своих подданных – избавиться от него было первостепенной и жизненно необходимой задачей .

Сакрализация правителя, равно как и существовавший в Хазарии институт двоевластия с разделением функций между двумя владыками – церемониальной фигурой кагана и управляющим заместителем (беком), были широко распространенными социальными явлениями в племенных обществах. Эти феномены в той или иной степени наблюдались у тюркютов и родственных им уйгуров, праболгар и гуннов. Однако столь жесткое сакральное разделение власти, каковое существовало в Хазарии IX – X в.в., не было знакомо ни одному тюркоязычному народу. Во всех случаях верховный правитель сохранял активный, деятельный статус. Очевидно, эта древнетюркская модель двоевластия была поначалу воспринята и хазарами. Однако затем, по мнению Ц. Степанова, хазары “все больше и больше сакрализовывали своего верховного правителя, превращая его в символ государственного единства, но не в реального господствующего сюзерена”. Если принять во внимание, что дуализм верховной власти существовал не только в Хазарии, но также у болгар, мадьяров (о наличии у последних сразу двух правителей с титулами кенде и джыла говорят Ибн Русте и Гардизи) и самих тюркютов, это наведет нас на мысль, что данный феномен в системе государственного устройства опирается на общетюркскую почву и сам по себе не является следствием каких-то значительных инноваций, реформ, переворотов и даже вопреки мнению некоторых специалистов крупномасштабной иудаизации. Традиция эта, очевидно, следовала модели двоевластия, характерной для многих кочевых и полукочевых империй Евразийской степи.

По мнению П.Б. Голдена, данная модель проистекает из необходимости некоторых племенных обществ сохранять правителя, олицетворяющего закон.

Такой правитель обязан оставаться спокойным, чистым, не оскверненным кровопролитием. Его физическое присутствие считают необходимым для дальнейшего благосостояния племенной территории. Его противоположностью становится “младший” правитель (бек, шад), в руках которого концентрируется вся полнота исполнительной власти. Именно он в действительности решает дела государства, командует армией, а потому не обязан сохранять ритуальную чистоту .

Другое объяснение предлагает В.С.

Флерова: каган и бек в Хазарии являли собой воплощение разделенного между двумя периодами дионисийского культа.

Однако разделение это было выражено не в чередовании времени правления, а в разделении сакральных функций между каганом и беком. Бек являлся “олицетворением верхнего, правого мира, светлого, белого начала, летнего периода вегетации растений, сияющего солнечного света, горящего огня, жизненной активности и ее высшей формы проявления – войны”, в то время как каган “символизировал нижний, левый, черный мир, сокрытый от глаз, зиму, ночь и покой”, в общем, то состояние природы, которому в мифологии всегда придавалось решающее значение в процессе плодородия.

Страницы: 1 2 3 4

Похожие статьи:

Паоло Веронезе
Праздничный, жизнеутверждающий характер венецианского Возрожде­ния наиболее ярко проявился в творчестве Паоло Веронезе Паоло Кальяри (1528—1588), уроженец Вероны, потому и прозванный Веронезе, провел детство и годы уче­ния в родном городе ...

Эстетика в первобытном искусстве
Предположение Брейля о палеолитическом искусстве, как чисто европейском явлении, не подтвердилось. Разработаны и внедрены в практику новые методы копирования и документирования изображений (муляжи Ляско и Альтамиры, фотограмметрия, видеок ...

Рогачевский переулок
1 декабря 1941г. на развилке Рогачевского шоссе близ деревни Киово провалилась последняя попытка немецко-фашистских войск прорвать нашу оборону.Позиции там удерживали артиллеристы 13-ой батареи 864-ого зенитного полка. Два 85-ти миллимет ...