Не менее знамениты ферейские фрески "Весна в горах" в помещении Дельта и из помещения BI (Антилопы и боксирующие мальчики). "Весна в горах" даёт удивительный пример оживления застывшей орнаментальной сцены (как изображение охотящейся кошки из Айя Триады). В высшей степени условно трактованы элементы ландшафта — причудливые контуры сакл, почти плоские и раскрашенные в неестественные , резко контрастные тона, как воткнутые в эти скалы, написанные словно по трафарету цветы лилий складываются на фризе в довольно-таки фантастическую, несомненно очень далёкую от реальной природы картину. По при этом. Как замечает Ю.В. Андреев, "тем не менее фреска оживает буквально на наших глазах и даже наполняется какой-то особой лирической взволнованностью благодаря одной–единственной, на первый взгляд не столь уж значительной детали". Этой деталью являются стремительно мелькающие над скалами, то слетающиеся, то разлетающиеся ласточки. Без них, без созданного ими поля энергии действа и скалы, и лилии наверняка остались бы мертвы и неподвижны, не вышли бы из роли "статистов". Вместе с передачей летающих ласточек, лилии, пространство начинают дышать и двигаться в каком-то странном, но тем не менее ясно различимом ритме, и всё вместе действительно сливается во впечатляющую картину весеннего пробуждения природы.
Кроме монументальной живописи, искусство Крита, даёт, правда немногочисленные образцы, использования живописи для росписи ларнаков (саркофагов). Классическим примером такого рода выступает саркофаг из Айя Триада (ок. 1400 г. до Р.Х.)50, расписанный в технике фрески. Роспись данного саркофага имеет большое значение, т.к. это едва ли не единственный пример "связного" текста, транслирующего критский ритуал. Б.Р. Виппер полагал, что роспись демонстрирует последнюю стадию развития и упадка критской живописи, выделяя "неприятную пестроту и жесткость красок, неуверенность рисунка и грубое ведение стилизованной, схематической линии… Композиция имеет совершенно плоскостный характер, движение фигур развёртывается мимо зрителя в одной плоскости". А Ю.В. Андреев называет подобную манеру исполнения примитивной, условно-приблизительной, напоминающей детские рисунки, хотя при этом отмечает, что стилистически росписи тяготеют к традиции настенной живописи Крита и "высокое качество живописи, её цветовое богатство и техническая искушённость живописца превращают обрядовое действо… в красочное, поистине праздничное зрелище".
Вполне вероятно, что данный саркофаг служил для захоронения царя или члена царского рода. Росписи украшают все четыре стороны саркофага: на двух продольных сторонах изображаются сцены приготовления к переходу погребённого в нём человека в потусторонний мир, на торцовых — две женщины (богини?), едущие на колеснице, запряжённой грифонами (на одной стороне) и горными козлами (на другой). На одной из продольных сторон изображена сцена возлияния — у самого края слева изображён большой сосуд. Помещённый между столбами, украшенными двойными секирами, на которых восседают чёрные с жёлтыми пятнами птицы. Жрица выливает в этот сосуд жертвенную жидкость. За жрицей следует женщина, несущая на коромысле два кожаных сосуда, за нею — одетый в длинные одежды юный музыкант, играющий на семиструнной лире. Другая часть процессии направляется вправо, здесь на самом краю видна ярко раскрашенная усыпальница, перед которой в неподвижной позе стоит мужская фигура, без рук в длинных, сливающихся с уровнем земли одеяниях. В этой фигуре принято видеть умершего, представшего перед местом своего упокоения. К умершему подходят три юноши-прислужника, одетые в юбки подобные одеянию жрицы и несущие приношения: большую модель лодки и быков. На противоположной торцовой стороне представлена сцена жертвоприношение в честь усопшего — у правого края стоит алтарь, украшенный священными рогами, двойная секира с птицей, стол с кувшином и корзиной с плодами. Жрица, протягивает руки к столу, как бы произнося заклинания. За ней на столе лежит связанный, только что закланный, бык. Дальше влево — юноша, играющий на флейте и пять женщин, предводительница которых прикасается к быку.
Похожие статьи:
О значении „Троицы" Рублева
Андрей Рублев. Троица. Икона. Начало XV в. Москва, Третьяковская галерея.
С того времени как „Троица" Рублева была реставрирована и стала доступна для научного изучения, о ней было написано довольно много. Однако большинству автор ...
Искусство XVII века
Вслед за примерно трехсотлетним периодом эпохи Возрождения наступает XVII век, ставший одним из наиболее значительных этапов в развитии мировой художественной культуры. Караваджо, Бернини, Веласкес, Рибера, Сурбаран, Рембрандт, Рубенс, ...
Искусство Древней Греции
Греческие племена населяли Балканский полуостров, острова Эгейского моря, западное побережье Малой Азии. Начало формирования великой греческой культуры, занявшей особое место в истории культуры человечества, относится к первой половине ...
Разделы