Рельеф Дмитрия Солунского в Оружейной палате

Другая культура » Рельеф Дмитрия Солунского в Оружейной палате

Страница 1

 29. Дмитрий Солунский на коне. Стеатитовый рельеф. XI-XII вв. Москва. Оружейная палата.(Saint Demetrios de Thessalonique a cheval. Steatite sculptee en ronde bosse. XI-XHe s.s. Chambre des Armures. Moscou.)

Дмитрий Солунский на коне. Стеатитовый рельеф. XI-XII вв. Москва. Оружейная палата.(Saint Demetrios de Thessalonique a cheval. Steatite sculptee en ronde bosse. XI-XHe s.s. Chambre des Armures. Moscou.)

Рельефная икона Дмитрия Солунского, поступившая в Оружейную палату из собрания А. В. Морозова, выполнена из зеленоватого стеатита и представляет собой византийскую работу XII века (Литература о рельефе Дмитрия Солун-ского в Оружейной палате приведена в кн.: Л. Писаревская, Памятники византийского искусства в Государственной Оружейной палате. Под ред. А. Банк, М., 1965, стр. 6. Данная статья в библиографию не включена.). Аналогиями этому изображению всадника в монументальном искусстве могут служить фреска Нижней церкви Сан Клементе в Риме „Встреча св. Алексея с отцом" 1080—1084 годов и относящаяся к середине XII века фреска Георгия Победоносца в Старой Ладоге. Что касается мелкой пластики, то аналогией к фигуре Дмитрия является стеатитовый рельеф XI—XII веков, где он представлен стоящим в рост. Близкими аналогиями к московскому рельефу являются два почти тождественных стеатитовых рельефа XII века в музее Барджелло во Флоренции и в Музее в Анжере. Впрочем, своими художественными качествами оба эти рельефа уступают рельефу Оружейной палаты.

Если датировка этого рельефа не вызывает больших трудностей, то определение его художественных особенностей — более сложная задача. Рельеф Оружейной палаты — это одно из многочисленных произведений византийской мелкой пластики, широко представленных в европейских музеях. В силу небольших размеров такие произведения часто не привлекают к себе внимания. В работах по истории искусств о них говорится обычно бегло и поверхностно. Между тем внимательное рассмотрение подобных работ обнаруживает не только большое мастерство, но и сложную стилевую структуру образа. В ней заключены признаки, характерные для византийского искусства в целом.

В рельефе бросается в глаза прежде всего прекрасно переданная торжественная поступь коня победителя. Поднятая голова коня, натянутые повода, гнутая шея, поднятые уши и хвост коня и, наконец, молодцеватость всадника—все это создает впечатление напряженной силы, какая не часто встречается в аналогичных византийских изображениях. Невольно вспоминаются рельефы всадников в древнегреческом искусстве или в Италии в эпоху Возрождения, изображения рыцарей, воинов, полководцев в рельефах и в скульптуре. Рельеф Оружейной палаты в известной степени отражает увлечение византийцев классикой. Однако сравнение с античным рельефом, выполненным в традициях фриза Парфенона, показывает существенные стилевые расхождения, расхождения в самом понимании воинской доблести.

Если напряженная поступь коня составляет существенную особенность рельефа, то этому противостоит то, что Дмитрий, хотя он и держится на коне как победитель, с обнаженным мечом, но вместе с тем как бы застыл в седле, фигура его поставлена строго отвесно, он держится почти так же прямо, как стоящие святые в иконах. Этому в известной степени отвечает двоякий смысл его фигуры: с одной стороны, это мужественный воин в вооружении, с другой стороны, святой мученик с обнаженной головой. Оба момента сливаются: воин держится горделиво и вместе с тем „предстоит", как и все святые. Это означает, что хотя он победил врага, но совершил подвиг не столько своими собственными силами, сколько благодаря небесной помощи. Это дает понятие о внутренней двойственности византийского образа. Здесь имеет место не простое сочетание живого образа и отвлеченного понятия доблести. Скорее, создается впечатление, что живое, в силу внутренней необходимости, превращается в нечто отвлеченное. Во всяком случае, это нечто совсем иное, чем в готике, где живая и гибкая фигура сопоставляется со строго отвесным столбом. В византийской иконе сам святой похож на столб.

Шея коня Дмитрия круто изогнута, почти как в некоторых эскизах Леонардо к памятнику Сфорца, но этот изгиб не только выражает его усилие, он еще содействует усилению отвесной в правой части рельефа. Отсюда возникает прямая, которая сочетается с прямой корпуса воина, его ноги и поднятого меча. Этим еще сильнее подчеркивается предстояние воина. Некоторое увеличение фигуры всадника по сравнению с корпусом коня подчеркивает его преобладающее значение. В отличие от Ренессанса и античности, в византийском рельефе корпус Дмитрия определенным образом подчиняет себе коня: его голова и круп расположены по сторонам от корпуса воина.

Страницы: 1 2 3

Похожие статьи:

Фотовек
Было время, когда кино еще не было, но уже была фотография. Фотографы первыми научились извлекать из реальности фрагменты нематериальной видимости и превращать их в магические изображения-объекты. Жизнь, сиюминутная и неуловимая, с изобре ...

Развитие культур
Здесь мы подходим к рассмотрению внутреннего содержания понятия цивилизации - второго из рассматриваемых в этой ра- боте. В общепринятом понимании слово "цивилизация" близко по значению к "культуре" (в понимании О. ...

Как мишка повлиял на прогресс науки
Американский историк Чарльз Панати, автор книги "Необычайные истоки обычных вещей, считает, что изобретение плюшевого медведя стало отправной точкой для технического прогресса. Изначально медвежата Тедди изготавливались из натурально ...