Орфей с берегов Тежо

Другая культура » Орфей с берегов Тежо

Страница 3

Согласно не поддающимся проверке сведениям, во время пребывания в Азии, Камоэнс был назначен в Макао "распорядителем имущества умерших и без вести пропавших". Вероятно, именно на обратном пути из Китая в Индию корабль, на котором плыл Камоэнс, в устье Меконга потерпел крушение. Камоэнсу удалось спастись и спасти почти законченную рукопись "Лузиад". Но в морских волнах, как гласит одна из легенд, на его глазах утонула его возлюбленная, прекрасная китаянка, которую он воспевал под именем Динамене.

В Индии Камоэнс не разбогател. За недостатком средств возвращение поэта на родину растянулось на два мучительных года с долгой задержкой в Мозамбике. В 1570 году он прибывает в Лиссабон. Его единственным богатством, привезенным из-за океана, была рукопись "Лузиад". В 1572 году поэма вышла из печати. Молодой король дон Себастиан, которому Камоэнс посвятил поэму, назначил автору "Лузиад" небольшую пенсию: на нее поэт вместе с матерью смог просуществовать в последние годы жизни.

Первый сборник лирических произведений Камоэнса увидел свет только в 1595 году, через пятнадцать лет после смерти поэта.

В стихах Камоэнса многократно, навязчиво, заклинающе звучат имена его преследователей: Судьба, Случай, Рок, Звезды . Нередко на их месте или в одном ряду с ними появляется слово "Фортуна" – образ-символ, вбирающий в себя камоэнсовскую трагическую концепцию действительности: именно она, а не благое Провидение, управляет ходом событий в мире, который в своих внешних, доступных человеческому опыту и разуму проявлениях, предстает как всеобщий разлад, распад, хаос, как торжество бессмыслицы и несправедливости. "Октавы о несправедливом устройстве мира, посвященные дону Антонио де Норонья" (созданы предположительно незадолго до отплытия Камоэнса в Индию) – наиболее законченное выражение философских и общественно-этических взглядов поэта-гуманиста эпохи трагического Возрождения, современника (в пределах эпохи) Микеланджело и Торквато Тассо, Ронсара и Монтеня, Шекспира и Сервантеса.

Эта эпоха еще так близка к Ренессансу, неразрывно с ним связана. От Ренессанса в творчестве Камоэнса титанизм усилий, направленных на противоборство с Судьбой, платоническое мирвовоззрение, сопряженная с платонизмом поэтическая традиция – "петраркизм", восхищение богатством и многообразием земного бытия, сама система поэтических жанров – сонет, канцона, ода, эпопея, эклога . Но как часто ренессансные образы и формы лирики Камоэнса несут на себе печать сверхъестественной напряженности или маньеристской опустошенности, сами себя опровергают. Достаточно вообразить друг подле друга хохочущих великанов Рабле и трагического титана Адамастора, чтобы представить расстояние, отделяющее век Камоэнса от "золотого века" гуманизма.

Гуманисты считали, что человек в соответствии с высшими образцами сам творит себя и свою судьбу, что его судьба - непосредственная проекция на действительность его личных достоинств и заслуг .

Кто б видеть мог разбойника, злодея,

Что ложью, блудом и убийством жил,

Что худших казней мерзостью своею,

По мнению людскому, заслужил -

А ныне всех богаче и знатнее,

Обласкан случаем, Фортуне мил .

(Перев. А.Косс)

- риторически вопрошает Камоэнс в "Октавах .".

На "честнейшего из всех", напротив, обрушиваются гонения. Жить в соответствии со своими идеалами, принципами, в согласии со своей совестью значит заранее обречь себя на невзгоды. Но так было испокон веков, и крах гуманистических иллюзий о гармонии, существующей якобы между личностью и ее общественным положением, означает только возвращение вещей на круги своя: "всегда Фортуна неверна была". Поэта больше страшит то, что сам гуманистический идеал человека, могучей, деятельной индивидуальности, "философа и мудреца", таит в себе иной образ – человеколюбивого гордеца, хищника-индивидуалиста, жаждущего не только урвать у жизни "хоть толику недолговечных благ", но и добиться известности, славы любой ценой. Тут Камоэнс остроумно вспоминает Диогена, который "напоказ богатство презирал". По-настоящему ужасает автора октав бесплодность и бессмысленность всякого деяния и желания, направленного на внешне и чрезмерное:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Похожие статьи:

Периодизация истории культуры
Периодизация культурно-исторического процесса – это способ его структурирования. Только в зависимости от определения системообразующего элемента культуры и можно объяснить “пульсацию” культурно-исторического движения, выделить и обосноват ...

Поздняя классика
Кризис рабовладельческой демократии, падение поли­сов, трагические конфликты периода поздней классики привели к утрате в искусстве идеала свободного гражда­нина. Несколько упрощенный взгляд на явления жизни, свойственный Греции предыдущих ...

Антон Павлович Чехов
Чехов явился завершающим звеном в восходящем развитии русской классики. Он даже, как и Лев Толстой, на долгое время застает следующий, декадансский период в литературе: хорошо известны его саркастические высказывания о творчестве новых ли ...